Существует один правильный способ справиться с ситуацией, и множество неправильных. Основных неправильных действий можно насчитать числом три.

Разные руководители на катастрофические ситуации реагируют по-разному. Самые глупые и слабые просто проявляют реакции эмоционального характера, но ничего при этом не предпринимают. Кто поумнее — действуют. Но действия эти не всегда компетентны.
В этой статье я хочу поговорить о правильных действиях в момент катастрофы или её предвестников. Эти действия касаются исключительно руководителей, у которых есть штат подчинённых, так что они являются исключительно административной процедурой. Я не дам универсальный рецепт от любой катастрофы (этого даже Господь Бог не может, иначе давно бы дал, судя по тому, что пишут о его милосердии), я всего лишь расскажу что нужно в точности предпринять руководителю. И это будет оптимальный образец поведения грамотного администратора.
Для начала давайте определимся, что мы имеем в виду под катастрофой. Катастрофа — это, согласно административной технологии Л. Рона Хаббарда, «обстоятельства или ситуация, которые наносят вред и могут отрицательно сказаться на всей организации или на какой-то её части. Низкий доход — это серьёзная угроза, которая может обернуться катастрофой. Если главные показатели какой-либо основной части организации падают и остаются на низком уровне — это может обернуться катастрофой».
Когда показатели организации, такие, как «доход» меняют свой тренд и начинают падать, это означает, что кто-то прекратил делать что-то правильное, или был отдан неверный, ни на чем не основанный приказ, который был просто чьей-то блажью и не был основан на стратегии улучшения дел (я ни в коем случае не имею в виду, будто что-то подобное происходит в стране или на планете, что вы... как вы могли такое подумать!).
Существует один правильный способ справиться с ситуацией, и множество неправильных. Основных неправильных действий можно насчитать числом три.
Самое неправильное — руководитель не предпринимает действий и не берет на себя ответственность за улаживание катастрофической ситуации. Заметьте, я не сказал «признает себя виновным», я действительно имел в виду не «вину», а «ответственность», которая определяется как «способность быть причиной».
Второе неправильное действие — издать лавину распоряжений, не основанных на глубоком исследовании ситуации, и этим ограничиться. Что ж, это менее неправильное действие, так как руководитель всё же становится в позицию причины. Но данный способ — суперавторитарное управление, которое может так и не вывести организацию из катастрофы и её последствий. Однако это действие лучше, чем полное бездействие, так как очевидно, что жесткие авторитарные системы управления «железной рукой» были достаточно жизнеспособны. Гораздо более жизнеспособны, чем либерально-демократические, если почитать историю (я не имею в виду некоторые партии со словами «либеральный» и «демократический» в названии, в них столько же либеральной демократии, сколько в третьем рейхе).
Третье неправильное действие — демократично-бюрократичное. Собрать заседание, назначить комиссию и бесконечно расследовать коллективно причины катастрофы, а потом голосовать за решения и выводы этого органа. Особенно — единогласно. Тут как в финансовом планировании: одна голова хорошо, а две — уродство. Так как группа ответственных товарищей — это значит ни одного реального ответственного. Либо «всех расстрелять, уррроды...».
Эти действия неправильны, но распространены.
Так и вижу организацию, в которой в результате кризиса упал доход. Почему он упал? Потому что руководитель услышал про кризис, сотрудники услышали про кризис, поставщики услышали про кризис, клиенты услышали про кризис. И они все дружно перестали делать правильные действия, снизили усилия по поиску новых клиентов (что является первейшей стратегией в кризис), и начали издавать ни на чём не основанные хаотичные приказы, разрушая работающие схемы и создавая дополнительную неразбериху.
Вспоминается история про одного японца, который не только успешно пережил мировой кризис 60-х, но и увеличил свою фирму в несколько раз. Журналист спросил его, как ему это удалось. Японец ответил: «Я очень плохо знать английский язык. Не читать газет, не смотреть телевизор. Не знать про кризис — просто работать».
Продолжение: http://rb.tv/ru/articles/Katastrofy